11 сентября 2010 г.

Отрывки из недописанного про Гардези, часть 8

2

1 марта, четверг

В половине шестого вечера мы с Андреем вошли в квартиру его родителей. Петю мы отправили в банк, хотя он намеревался остаться с нами, утверждая, что таково задание Назара Эдуардовича.

– Его Назар решил ко мне приставить? – вдруг осведомился Андрей, как только мы разделись и сели на кухне.

– Петю? – Я пожал плечами. – Что значит – приставить? Речь скорее шла об охране и помощи...

– А тебе Назар не доверяет?

– Что значит – не доверяет? – Я даже растерялся. – При чем тут?.. Я же не «эсбэшник» в конце концов! Всякие ситуации могут быть, вот Назар и предложил...

Андрей кивнул и принялся смотреть в окно, давая понять, что тема закрыта. Но беспокойство мое не проходило. То есть понятно, конечно, что все последние дни я был на взводе, но сейчас от вопросов Андрея мне стало совсем нехорошо.


– Есть будешь? – спросил я.

– Давай чаю попьем, – поморщившись, предложил Андрей.

Я принялся наливать воду в кувшин с фильтром. Андрей задумчиво наблюдал за мной.

– Значит, после нашего утреннего разговора новостей не было? – проговорил он.

Я залил воду в электрочайник, включил его и повернулся к Андрею.

– В чем дело? – спросил я. – Ты что-то узнал?

Андрей покусал губы, глядя на меня, а потом вновь уставился в окно.

– С чего ты взял? – буркнул он, наконец.

– Вопросы нехорошие задаешь. – Я сел за стол напротив него. – Когда мы с тобой разговаривали с утра, я обратил внимание, что что-то не то.

– Что-то не то, говоришь? – Андрей криво усмехнулся. – Это ты зорко подметил. Ты всегда у нас был наблюдательным, Глебушка.

– Ты явно недоволен, что Назар в курсе проблемы и хочет помочь, – заметил я, игнорируя его едкий тон. – А подумай – разве кто-то еще в Энске, кроме него и меня, может тебе помочь?

Андрей не ответил. Он встал, прошел в прихожую и вернулся с портфелем.

– Ситуация несколько изменилась, – сказал он, доставая из портфеля и протягивая мне листок бумаги.

Это была распечатка сообщения электронной почты:

Уважаемый Андрей Викторович!

Просьба всерьез и ответственно отнестись к этому сообщению. Ваши родители Виктор Аркадьевич и Вера Владимировна Гардези, проживающие в Энске, похищены. Целью похищения является выкуп. Сумма – 1 250 000 долларов США. Форма выплаты – сделка купли-продажи акций на указанную сумму (плюс-минус до 10 000 долларов). Ваш банк проведет предоплату акций фирме, реквизиты которой мы сообщим позднее.

Дальнейшая связь – через ICQ. Ваш идентификационный номер в ICQ нам известен. Не менее трех раз в сутки выходите в режим «онлайн» не менее чем на один час и ждите от нас дальнейших инструкций.

Если все пройдет успешно, Вашим родителям ничто не угрожает. Убедительная просьба не обращаться в спецслужбы и даже в службу безопасности Вашего банка – все эти контакты будут отслежены. Вы рискуете только деньгами банка и небольшим ущербом Вашей деловой репутации из-за убыточной сделки.

Рассчитываем на Ваше благоразумие. Помните об уязвимости положения Ваших родителей.

На это сообщение отвечать не нужно, почтовый ящик отправителя уже удален.



Я перечитал текст письма дважды. Потом изучил служебные отметки сообщения. Адресовано оно было Андрею, причем на его домашний электронный адрес, а в поле отправителя значилась какая-то абракадабра с таким же нечитаемым сочетанием цифр и букв в адресе исходящего почтового ящика, открытого на публичном сервере бесплатной почтовой службы в Интернете. Иными словами, фактически анонимное письмо с неидентифицируемым и уже удаленным отправителем. Отправлено оно было в 01.15 ночи 26 февраля. Темой сообщения значилось: «Для Гардези А.В. – условия важной сделки с акциями».

– Что скажешь? – спросил Андрей, который, наклонившись над моим плечом, вместе со мной перечитывал письмо похитителей.

– Чего мы боялись – то и оказалось, – пробормотал я. – Очень скверно...

Вода в чайнике закипела, и он с щелчком выключился. Я встал и принялся заваривать чай.

– А что ты можешь сказать по существу? – недовольно поинтересовался Андрей.

– Издевательская тема сообщения, – заметил я.

– Да нет, Глебушка, – возразил Андрей, – все очень хорошо продумано. Тема подобрана такая, чтобы почтовые фильтры, а потом и я сам, не отправили это письмо в мусорную корзину не глядя. Чтобы не перепутал с безадресной рекламой и прочим «спамом». В списке всех сообщений я не мог не обратить внимания на такую тему... Все по-деловому...

– Там вообще все по-деловому...

– Вот именно. Ты оценил четкий лаконичный слог письма? Я бы даже сказал, безукоризненный. Прямо-таки образец вежливой бизнес-переписки. Обозначили все основные условия, риски, способы связи... Ничего лишнего, никаких эмоций, никакого сленга.

– Рассчитывали сразу включить в тебе деловой режим?

– Деловой режим? – Андрей помолчал. – Это как?

– Чтобы ты сразу задумался о технике совершения сделки, а не устраивал сыновнюю истерику...

– Хорошее наблюдение, – признал Андрей. – Я и в самом деле, когда прочитал это письмо, даже почувствовал облегчение, что наступила ясность. Стало понятно, что случилось и чего от меня хотят...

– Да, неизвестности я тоже нахлебался по самую глотку, – согласился я. – Сейчас даже как-то проще стало. Несмотря на то что все ужасно.

– Просто и ужасно, – проговорил Андрей. – И в самом деле...

Я поставил кружки с горячим чаем и сахарницу на стол и сел.

– Значит, это письмо дожидалось тебя в домашней электронной почте с понедельника? – сделал я еще один очевидный вывод.

– Да. – Андрей обошел стол и сел напротив меня. – В Лондон я улетел срочно и внепланово, и этого они, наверное, не учли.

– Ты хочешь сказать, что они хорошо осведомлены о твоем внутрибанковском распорядке? – продолжил я мысль Андрея.

– Обрати внимание, – Андрей стал загибать пальцы на руке, – во-первых, они установили выкуп ровно в сумме, которую я могу не согласовывать с кредитным комитетом банка и, по большому счету, могу использовать под свою ответственность, даже не связываясь с банковскими риск-менеджерами. Во-вторых, они решили забрать деньги через платеж какой-то фирме, которая, получив деньги, разумеется, растворится в воздухе. Логично, если это окажется какая-нибудь офшорная компания с какого-нибудь карибского острова. Но ведь непоставка купленных акций теоретически бывает на практике и без всяких похищений и выкупов, не так ли? Рядовой эксцесс... Соответственно, в-третьих, они предполагают, что я могу потерять больше миллиона долларов и все равно после этого удержаться на своей должности. То есть они в курсе, какое положение я занимаю в банке и чем я на самом деле могу рискнуть.

– То есть кто-то из них работает у тебя в банке?

– Не знаю. – Андрей разжал пальцы и задумчиво посмотрел на свою ладонь. – Но похоже на то. Либо в, либо около.

– Значит, они могут и не блефовать, когда грозят отследить твои контакты с банковской СБ или, еще круче, с ФСБ или милицией?

– Я не знаю, Глеб. – Андрей бросил три куска сахара в чай. – Я такие ситуации только в кино видел и пока не очень представляю, что в реальной жизни надо делать, а что нельзя. – Андрей принялся медленно размешивать сахар чайной ложкой. – Вижу только, что авторы письма – люди серьезные, деловитые и конкретные. Очевидно, что они готовились, действуют зряче и наверняка просчитали ситуацию на несколько ходов вперед... А я не специалист в противодействии таким людям. Плюс нервы на пределе...

– Ты когда письмо прочитал? – спросил я.

– Сегодня рано утром, когда решил разобрать электронную почту.

– И сразу вышел в ICQ?

– Конечно. Сидел в «онлайне» до самого выезда в аэропорт. Никто на меня не выходил.

– Думаешь, стоило лететь сюда?

Андрей пожал плечами.

– Они не требовали, чтобы я оставался в Москве. А главное – здесь погиб Рома. Я не знаю, связана ли его гибель с похищением моих родителей, или это такое сволочное совпадение. Если вдруг связана, лучше пусть здесь буду я, чем делегация из его родных и сослуживцев...

– Так ты уже всем сообщил про Рому?

– Разумеется. С утра и в банк сообщил, и его матери... – Андрей поднес кружку с чаем ко рту, но тут же поставил ее обратно на стол. – Черт, думал, нервы не выдержат... Это же ее единственный сын. Только и смог сказать, что Рома погиб в аварии... Татьяну Феликсовну – помнишь мою помощницу? – отправил к ней утешать, а ведь она сама в шоке. Пришлось еще банковского юрисконсульта попросить, чтобы у Роминой матери оформили доверенность на меня, заверили ее у нотариуса и привезли мне прямо в аэропорт... Лучше я сам здесь все Ромины дела буду улаживать, тело его отправлю в Москву – лишь бы сюда толпа не понаехала...

– Как все хреново-то! – вырвалось у меня.

– Знаешь, Глеб, я предчувствовал, что судьба мне не простит невыносимой легкости бытия, – кусая губы, сказал Андрей. – За удачливость в бизнесе и за неумение сделать счастливыми близких людей приходится платить одним махом. Остается молиться, чтобы все обошлось только деньгами...

От этих слов Андрея я испытал какую-то тревожную неловкость, словно это был симптом, что его хладнокровие и выдержка начинают давать сбой. Поэтому сразу спросил:

– А как ты, находясь здесь, будешь сделку на миллион долларов готовить?

Андрей посмотрел на меня чуть ли не снисходительно.

– Знаешь, Глебушка, что мне на самом деле удалось – так это создать работоспособный механизм в своем департаменте, который вполне может действовать без моего постоянного надзора. Думаю, хватит нескольких телефонных звонков, чтобы все было сделано как надо.

– Это, конечно, здорово, – скептически отозвался я. – Но, знаешь ли, в хорошем банке не так просто отдать больше миллиона долларов какой-то непонятной фирме...

– Знаешь ли, в хорошем банке умеют без лишних вопросов выполнять поручения руководства, – возразил Андрей. – А если ты имеешь в виду, что надо пустить исполнителям пыль в глаза... Я успел до отъезда попросить своих аналитиков подготовить список акций, которые мы хотели бы купить в ближайшее время... – Я удивленно поднял брови, и Андрей пояснил: – Я планирую параллельно организовать сразу несколько крупных покупок акций, хорошо бы в том числе и у каких-нибудь офшоров, тогда удастся отвлечь внимание от нашей главной сделки...

Я с удовлетворением отметил, что «деловой режим» у Андрея все-таки включен и функционирует нормально. Оставалась надежда, что это поможет нам успешно выйти из сложившейся «простой и ужасной» ситуации.

– Выпьем чаю – и поедем в милицию, – сказал Андрей.

– Зачем? – вскинулся я.

– Как – зачем? – Андрей помрачнел. – С Ромой повидаться...

Я сочувственно покивал.

– Но сначала вот что. – С этими словами Андрей поднялся и вновь вышел в прихожую.

Было слышно, что он копается в своем чемодане. Наконец, он появился на пороге кухни с изящным серебристым портативным компьютером в руках.

– Ты привез ноутбук? – сказал я вопросительным тоном, а потом, поняв глупость вопроса, повторил уже утвердительно: – Да, ты привез ноутбук...

– Родители были подключены к Интернету? – осведомился Андрей.

– Не знаю, – ответил я. – Сомневаюсь.

– А ты из дома подключен к Интернету?

– Да, конечно. – Я развел руками. – Правда, у меня выделенного скоростного канала нету. У большинства здесь в Энске дома обычное модемное соединение...

– Это как раз очень хорошо, – сказал Андрей. – Пойдем в кабинет.

Мы перешли в кабинет. Андрей поставил свой ноутбук прямо сверху на отцовский, подсоединил к электросети и воткнул телефонный шнур прямо в разъем модема, встроенного внутрь ноутбука. Запустил операционную систему.

– Вот это я понимаю – мобильность, – с уважением сказал я.

– Ты местный номер для модемного звонка помнишь? – озабоченно спросил Андрей. – И свой логин и пароль для Интернета?

Все это я помнил. Без особого труда мы настроили соединение с Интернетом через телефонную линию прямо с ноутбука Андрея, используя мои учетные данные доступа в сеть. Войдя в Интернет, Андрей сразу запустил на компьютере ICQ ­– один из самых популярных и распространенных в России интернет-пейджеров для общения в режиме реального времени.

– Продвинутые, однако, похитители пошли, – заметил я. – Знатоки высоких технологий... Письма по электронной почте, связь через ICQ... Явно не «братки»!

– Более того, они всем этим умело пользуются, – сказал Андрей, напряженно всматриваясь в экран. – Они слишком много обо мне знают. И это, честно говоря, меня пугает...

– Ничего особенно сложного, – возразил я. – Пользователей ICQ с фамилией Гардези не так уж много, и тебя вычислить несложно. Там же, кстати, в твоей карточке контактов, весьма неосторожно указан адрес твоей домашней электронной почты...

Андрей подумал.

– Н-да, пожалуй... – неуверенно согласился он.

Некоторое время мы ждали, но никто на связь не выходил.

– У тебя много денег на счету у провайдера? – поинтересовался Андрей.

– А что?

– Я собираюсь вообще не отключаться от Интернета, – сказал Андрей. – Я тебе дам денег – будь добр, пополни счет, чтобы хватило на неделю беспрерывного подключения... – Я хмыкнул, и Андрей истолковал это по-своему: – Или тебе самому Интернет дома нужен?

– Давай так, – предложил я. – Я смотаюсь к провайдеру и открою новый счет. Есть там у них специальный выгодный тарифный план для активных пользователей. А иначе никаких денег не хватит...

– Странные вещи тебя беспокоят, Глеб, – проворчал Андрей. – Разве же это деньги по сравнению с предстоящим выкупом?

– В провинции свои представления о деньгах, – проворчал я в ответ.

– Делай как знаешь, – дернул плечом Андрей и щелчком «мыши» повесил в ICQ флажок «временно отсутствую». – Поехали в УВД.

Чаю мы так и не попили.

1 комментарий:

  1. Спасибо, Бекасов!
    Как раз раз на одну чашку кофе хватило - интересно. Есть ли в этой истории правды? Заинтриговали.

    ОтветитьУдалить

Приносим извинения за то, что некоторые комментарии (как правило, от анонимных читателей) будут опубликованы не сразу, а после проверки администратором. Спасибо.