17 декабря 2009 г.

"Аббревиатура" (из неопубликованного в книге "Банковская тайна")


В делопроизводстве нашего банка принято сокращение названий департаментов и управлений до аббревиатур по первым буквам слов из названия. Например, в моем подчинении ДФР – департамент финансовых рынков, а также я куратор УКФ – управления корпоративных финансов. Но в нашем банке встречаются аббревиатуры и посложнее...

В один из осенних вечеров президент банка позвонил мне, когда я уже напялил пальто и был готов стартовать из кабинета домой. К тому моменту мое физическое состояние вовсе не способствовало задушевному общению с любимым руководителем: голова трещала, глаза слипались, челюсть сводило от зевоты, а мозг пытался свернуться калачиком в черепной коробке и прикорнуть в сладкой дреме... Этими метафорами я хочу сказать, что не ответить на звонок президента я не мог (в любом случае меня достали бы по мобильному телефону), но страстно желал свести продолжительность предстоящего разговора к минимуму. Это и предопределило ход беседы.


На мое счастье, президент, судя по всему, тоже был в полной готовности отбыть из офиса. Он был краток, а нетерпеливость в голосе не оставляла сомнений: затягивание разговора не приветствуется.

– Андрей Викторович, рад, что застал вас, – быстро проговорил он. – Есть небольшой организационный вопрос.

– Внимательно слушаю, – почти скороговоркой отозвался я.

– С уходом Алферова некому стало курировать УСИМР. Плюс там до сих пор не назначен руководитель. Предлагаю передать это управление в ваше ведение. Вы не против?

Я попытался напрячь утомленную память, чтобы вспомнить, что означает аббревиатура УСИМР, вспомнил, удивился президентской щедрости и немедленно согласился.

– Вот и славно! – удовлетворенно заключил президент, и мы быстро распрощались.

Следующее утро выпало напряженным, и вечерний разговор накануне с президентом по поводу «небольшого организационного вопроса» у меня просто вылетел из головы. Честно говоря, мне было не до организационных вопросов, так как утро началось с пары срывающихся сделок, продолжилось дюжиной проблем с клиентами и завершилось масштабным разбором полетов с менеджерами ДФР и УКФ.

В этой суете в моей памяти особо не запечатлелся короткий визит Максима Петрова, советника президента. Максим был по-своему толковым молодым человеком, но для меня всегда оставалось загадкой, по каким конкретно вопросам он консультировал президента. Судя по всему, круг этих вопросов был чрезвычайно широк, ибо на заседаниях правления и рабочих совещаниях он мог высказаться практически по любой теме.

Беседа с Максимом получилась рваной и невнятной. Максим начал говорить что-то о том, что он не может профессионально реализоваться и полностью раскрыться как советник президента и давно мечтает заняться какой-нибудь конкретной работой. В перерывах между телефонными звонками я отозвался в том смысле, что порыв этот весьма похвален, за чем же дело стало? Я нужен президенту как советник, грустно пояснил Максим. Ответ мой был уклончив и дипломатичен: что-то в духе «президенту, конечно, виднее». Максим спросил моего совета, как ему быть. Я благословил его на откровенный разговор с президентом на тему «Пора дать дорогу молодым, или Дайте чем-нибудь порулить!». Кажется, Максим ушел вдохновленным. С какой стати Максим приходил именно ко мне, я всерьез поразмышлять не удосужился.

А вечером мой помощник Татьяна Феликсовна принесла мне на визирование проект приказа о подчинении мне управления стратегических исследований и мониторинга рынков.

– Это что ещё за ерунда? – оторопел я.

– В секретариате мне сказали, что ты разговаривал с президентом и должен быть в курсе, – пояснила Татьяна Феликсовна.

– Стоп-стоп-стоп! – нахмурился я. – Здесь какая-то ошибка! Я разговаривал с президентом, и он поручил мне курирование всей банковской собственности и матчасти... Про всякие исследования и мониторинги речи не было!

Татьяна Феликсовна подняла брови.

– Президент решил отдать тебе курирование ДУСМО? – изумилась она.

– ДУСМО? – Я наморщил лоб, соображая. – Это у нас что?

– Департамент управления собственностью и материального обеспечения, – отчеканила Татьяна Феликсовна. – Обычно президент всегда сам курирует это направление.

До меня стало доходить.

– Управление стратегических исследований и мониторинга рынков, – прочитал я. – УСИМР... Вот блин!

Стало доходить и до Татьяны Феликсовны.

– А ты что подумал, это означает? – поинтересовалась она.

– Управление по собственности и материальным ресурсам, – уныло признался я.

– Остроумно! – не без яду заметила Татьяна Феликсовна. – Весьма креативная расшифровка. Только уж если союз «и» решил включить в аббревиатуру (хотя это у нас не принято), то и предлог «по» тоже следовало бы...

– Н-да, – покачал я головой. – УПСИМР. Бред...

– Так ты визируешь приказ или как?

– Эти стратегические исследователи и мониторы – сплошные дармоеды! – сердито заявил я. – Наши аналитики давно всё это умеют делать и гораздо лучше. Давай сформулируем президенту встречный проект приказа: управление это к черту расформировать, а его сотрудников перевести в наш аналитический отдел к Валентину.

– Их там немало, – предупредила Татьяна Феликсовна.

– Вот и разберемся, – кровожадно пообещал я. – Устроим аттестацию, лишних сократим, денег сэкономим. Президент обожает оптимизацию расходов...

Альтернативный проект приказа ушел в секретариат президента в тот же день. Через два дня президент этот приказ подписал.

Вечером того же дня ко мне заглянул грустный Максим Петров.

– Ну что, разговаривал с президентом? – спросил я.

– В тот же день, – ответил Максим и вздохнул. – Так хорошо поговорили! Он мне пообещал целое управление... А сегодня выяснилось, что моё управление расформировали!

Выражение моего лица осталось непроницаемым.

– УСИМР? – сочувственно уточнил я.

– Ага, – печально кивнул Максим. – Опять я зависаю советником...

Он был так расстроен, что я решил угостить его своим лучшим коньяком, и мы душевно распили пару бокалов. Не то чтобы я испытывал угрызения совести... В конце концов, Максиму повезло, что он не успел возглавить это бессмысленное УСИМР и, таким образом, избежал возможного сокращения (а шансы такого исхода были весьма велики – у нас в ДФР не любят консультантов широкого профиля). Но было как-то неловко, что карьера такого приятного молодого человека забуксовала из-за того, что кое-кто запутался в аббревиатурах...

...Правда, я слышал, Максиму впоследствии все же повезло стать вице-президентом, курирующим какой-то департамент. Впрочем, повезло ли? Он был назначен как раз перед тем, как у банка настали трудные времена и департамент Максима пришлось расформировать, а всех его подчиненных сократить – в целях оптимизации расходов. Максим, печальный и забытый, бродил неприкаянно какое-то время, потом пошел к президенту и попросил все-таки дать ему чего-нибудь покурировать. Про него немедленно вспомнили... и тут же сократили.

2 комментария:

  1. Случай из жизни:

    Как-то придя домой застала сестру, копающейся в телефоне. Не могла разобраться в чем проблема со связью. Я решила позвонить Службу поддержки -особо не хотела думать головой, да и номер был зарегистрирован на меня.
    Оператор Билайн всегда первым делом спрашивает:
    -На кого зарегистрирован номер?
    Отвечаю скороговоркой:
    -На Такую то(моя фамилия)- а далее, чтобы не шокировать именем и отчеством, непривычными для русского слуха, называю только инициалы.
    Получилось:
    -На Такую то БыКа.
    На том конце провода зависло молчание, которому не придаю значения, оборачиваюсь к сестре и вижу, что она прикрыв рот, трясется в беззвучном смехе. Сразу исправляю ошибку, называю полностью ФИО.
    После консультации, не успела я отключить связь, слышу, как оператор:
    -Номер зарегистрирован на БыКа.
    Вспыхиваю:
    -Почему издеваетесь над абонентом!!!
    Но тут же сама рассмеялась и вынуждена была спешно отключить телефон.

    :) :) :)

    ОтветитьУдалить
  2. А моя трудовая деятельность началась в отделе из пятнадцати слов

    ОтветитьУдалить

Приносим извинения за то, что некоторые комментарии (как правило, от анонимных читателей) будут опубликованы не сразу, а после проверки администратором. Спасибо.