25 апреля 2010 г.

Отрывки из недописанного про Гардези, часть 6

6

28 февраля, среда

Доставшийся Роме номер в гостинице «Турист» был выполнен примерно в той же стилистике, что и «полулюксы» в пансионате «Приозерный», но выглядел гораздо скромнее. Серп без молота, классифицировал свое место проживания Рома. Он вовсе не был требователен к комфорту, но зелено-коричневый гостиничный номер навевал тоску – особенно в контрасте с аляповато-оптимистичной роскошью особняка Баумана и классическим интерьером свежеотремонтированной квартиры Гардези-старших. Кроме того, в номере было зябко, и теплая скорее для проформы батарея центрального отопления не позволяла надеяться на повышение комнатной температуры. Так что перспектива сбежать отсюда в ночной клуб в компании с юной дочерью местного банкира стала выглядеть привлекательнее, чем настоятельная просьба организма отойти ко сну. В текущих обстоятельствах упомянутая перспектива выглядела еще и непозволительно игривой и легкомысленной, но Рома полагал, что это окажется полезным и для дела. Можно сказать, внедрение под прикрытием.

Чтобы найти компромисс с утомленным телом, Рома решил вздремнуть хотя бы полтора-два часа. Он рухнул на кушетку, укрылся пахнущим затхлостью покрывалом и, по специальной методике выбросив все мысли из головы, уснул в течение минуты.

Сон, однако, на пользу не пошел. В 22.25 Рома проснулся с тяжелой головой и ломотой в шее. Вероятно, дело было в китайском ликере, будь он неладен! Рома заставил себя сходить в душ и побриться. Постепенно вялость вроде бы сошла на нет, но головная боль осталась. Не привыкать, бодро сказал себе Рома.

Он покопался в своей сумке и переоделся для тусовки в «Нирване» в темно-синие джинсы и черную шелковую рубашку. Посмотрев на себя в треснутом зеркале, встроенном в дверцу скрипучего шифоньера, Рома остался доволен. Как говорится, «зажигать» в местной тусовке он не планировал, но для успешного оперативного контакта с Жанной Бауман требовалось произвести впечатление.

Головная боль все-таки раздражала. Рома оделся, спустился в вестибюль гостиницы и попросил у администратора каких-нибудь таблеток. Тот (неприветливый лысеющий типчик средних лет) посоветовал Роме посетить дежурную аптеку № 1, располагающуюся буквально в двух шагах. Времени оставалось еще минут десять, и Рома решил воспользоваться советом.

Светящаяся ярким зеленым светом вывеска аптеки № 1 жизнерадостно выделялась на темном фасаде соседнего с гостиницей здания центрального городского универмага. Как ни странно, в аптеке было не то чтобы многолюдно, но вполне оживленно для позднего часа. В обширном зале аптеки один из углов был отведен под несколько столиков, за которыми сидели и непринужденно общались горожане за чашкой чая или за бутылкой минеральной воды. Кафе в аптеке! Это было непривычно. Впрочем, может быть, в городе, всецело зависящем от фармацевтической фабрики, общественную роль аптек не стоило недооценивать?

Рома подошел к миловидной девушке в белом халате, со скучающим видом сидящей за стойкой. К груди ее был приколот бэджик с изображением зеленого креста и надписью «Марина, консультант».

– Добрый вечер! – приветливо обратился к ней Рома.

– Добро пожаловать в нашу аптеку! – вдруг расцвела улыбкой консультант Марина. – Чем могу быть вам полезна?

– Э... да. – Рома слегка стушевался. – Я, собственно, хотел чего-нибудь от головы...

– Вас беспокоят головные боли? – уточнила Марина.

– Ну... Вот сейчас да.

– Они не носят периодический характер? – забеспокоилась Марина.

– Нет, – заверил ее Рома. – Просто заболела голова. Сейчас.

– Вы знаете, головная боль может быть симптомом самых различных заболеваний, – с тревогой сообщила Марина. – Вы не наблюдаетесь у невропатолога или кардиолога?

– Нет, не наблюдаюсь, – терпеливо ответил Рома. – У вас есть аспирин?

– Вы знакомы с побочным действием аспирина? – осведомилась Марина.

– Знаком, – подтвердил Рома, хотя не был в этом уверен. – Дайте аспирин, пожалуйста.

– У нас есть усовершенствованный препарат для снятия спазмов головных сосудов, – проинформировала Марина и ткнула пальцем в витрину. – Нейроаспирин. Очень эффективен!

Рома пожал плечами, рассматривая на витринной полке красную упаковку из фольги.

– Ну давайте, – согласился он и посмотрел на часы. – Можно побыстрее? А то я тороплюсь.

– Это займет буквально минуту, – пообещала Марина. – У вас какой категории дисконтная карта?

– М-м-м... Никакой.

– То есть как – никакой? – поразилась Марина.

– У меня нет вашей дисконтной карты, – объяснил Рома.

– Ох, простите, – растерянно пробормотала Марина. – Вы не из Энска?

– Нет, я из гостиницы «Турист», – потихоньку стервенея, ответил Рома.

– Минутку...

Марина метнулась к стеллажу и вернулась с упаковкой аспирина. Это была зеленая упаковка самого обычного растворимого шипучего аспирина.

– А где же ваш усовершенствованный нейроаспирин? – спросил Рома.

– Он... закончился, – тихо сказал Марина и покраснела.

– А с витрины?

– Витринные образцы не продаются.

Было очевидно, что она говорит неправду и вся проблема в какой-то дурацкой дисконтной карте, но у Ромы уже не было времени качать свои права потребителя. Он расплатился с Мариной, быстро приобрел бутылочку минералки в кафе с пластиковым стаканом, растворил лекарство и залпом выпил.

Когда он подошел ко входу в гостиницу, там ждал, тихо урча двигателем и еле слышно ухая басами аудиосистемы, джип «гранд чероки». Рома, не торопясь, приблизился к машине. Тонированное стекло на левой передней двери джипа опустилось, явственно послышалась энергичная и ритмичная музыка из салона, и на Рому оценивающим взглядом уставился водитель ­– мужчина с круглым скуластым лицом и широко расставленными глазами.

– Роман Петрович? – произнес он.

– Допустим, – отозвался Рома.

– Вы получили записку?

– Получил.

– Тогда я за вами.

– Да? – Рома ухмыльнулся. – А Ж. – это вы, значит?

Тут опустилось стекло на левой задней двери, и появилась обиженное зеленоглазое личико Жанны Бауман.

– Нет, Ж. – это я! – возмутилась она. – Непонятно, что ли?

– Ну слава богу! – обрадовался Рома.

– Давай залезай! – скомандовала Жанна.

Рома обошел вокруг капота и забрался на переднее пассажирское сиденье. Водитель улыбнулся, отчего его лицо еще больше округлилось и приобрело какое-то добродушное выражение былинного молодца, приглушил музыку и протянул Роме руку.

– Петя, – представился он. – Петя Почкин.

– Рома, – сказал Рома, пожимая руку. – Рома Чикунов.

– Петя – мой водитель и телохранитель! – оживленно сообщила Жанна. – Пока вас с Глебом развозили по домам, он успел мою записку привезти к тебе в гостиницу.

– В этом не было ничего выдающегося, – засмеялся Петя Почкин, трогая автомобиль и выруливая на улицу.

– Можно было позвонить, – заметил Рома.

– Ха! – Жанна пренебрежительно встряхнула челкой. – Номер мобильного ты мне не дал, а если бы я позвонила в гостиницу, то могла бы и разбудить ненароком... Ведь ты же наверняка спать собирался?

– Я так рано не ложусь, – соврал Рома.

– Записку наверняка прочел администратор, – предположил Петя.

– А пусть! – снова встряхнула челкой Жанна. – Пусть хотя бы отцу настучит...

Рома поскреб ногтем щеку.

– Я правильно понимаю, – проговорил он, – что Назар Эдуардович не знает об этой нашей вылазке?

– Что значит – вылазка? – обиделась Жанна. – Вполне законное мероприятие! Мне завтра к третьему уроку, можно и потусоваться!

– К третьему уроку, значит, – пробормотал Рома, упираясь виском в боковое стекло. – С ума сойти...

– А отцу все равно, – сказала Жанна. – Раз в четверть приношу хорошие оценки, вот родители и не пристают... И потом – со мной Петя!

Жанна обхватила Петю сзади руками за шею, тот добродушно засмеялся. Рома охлаждал пульсирующий висок о холодное стекло. Аспирин пока не действовал.

Через десять минут они подъехали неприметному двухэтажному зданию, которое, как показалось Роме, находилось на выезде из города по трассе в сторону пансионата «Приозерный», куда они с Глебом ездили сегодня рано с утра. Петя аккуратно припарковал джип в нескольких метрах от входа.

Неприметность здания была обманчивой – на стоянке имели место сплошь иномарки представительского и внедорожного класса, перед входом вместо асфальта была выложена плитка и вообще при более пристальном рассмотрении во всех деталях антуража угадывались признаки ухоженности. Неприметность достигалась, главным образом, за счет скромного освещения прилегающей территории. В Москве Рома привык, наоборот, угадывать увеселительные и игорные заведения издалека за счет шумной и яркой помпезности подступов.

– Ты будешь смеяться, – доверительно прошептала ему Жанна, когда они втроем выбирались из джипа и входили внутрь, – но здесь раньше был дом культуры пригородного совхоза.

– И назывался он не «Нирвана», а «Путь к коммунизму», – добавил Петя.

– Что, в общем-то, одно и то же, – хихикнула Жанна.

Две двустворчатые двери, гардероб, еще пара дверей – и нарастающий гул обрушился на Рому знакомой лавиной дискотечных звуков, ударных ритмов и гулких басов. Роминому взору открылся разрываемый цветными вспышками сумрачный зал с балконами и сценой (видимо, бывший актовый зал). Все было как положено: ди-джеи на сцене прыгали вокруг своей аппаратуры, толпа в партере бурлила в хаотическом танце, отдельные зажигательные личности неистовствовали на балконах.

– Ну, как?! – проорала ему в ухо Жанна.

– Нормально! – крикнул в ответ Рома, изображая всем своим видом авторитетное одобрение. – Если забыть, что находишься в Энске, то как в Москве!

Жанна довольно улыбнулась и показала ему большой палец. Рома ответил тем же. Петя схватил их за руки и, словно ледокол, повел за собой сквозь толпу к стойке бара. Рома полностью подчинился. Голова просто раскалывалась, окружающая обстановка была не нова и малоинтересна, и, честно говоря, Рома теперь сильно сомневался, что из этой «тусовки» выйдет хоть какой-нибудь практический толк.

Петя добыл Жанне какой-то коктейль, а Роме пиво. Рома к пиву отнесся без энтузиазма: он подозревал, что даже спустя три часа после китайского сливового ликера организм не обрадуется такому сочетанию. Однако бармена народ рвал на части, и без Пети, двинувшего куда-то вглубь зала следом за Жанной, которая в свою очередь рванула приветствовать каких-то знакомых... так вот, без Пети добиться чего-либо от бармена представлялось непосильной задачей. И Рома обреченно стал потягивать пиво, радуясь, что ему хотя бы достался свободный табурет у стойки. Делать было совершенно нечего. Жанна его легко бросила ради каких-то приятелей-тинэйджеров, разговаривать было не с кем (да и невозможно при таком грохоте), впрочем, как и танцевать. При мысли о танце в этом душном броуновском движении Роме стало нехорошо. В висках запульсировало с новой силой и, кажется, даже в ритме дискотеки. Интересно, как аспирин сочетается с пивом? – подумал Рома.

Появился доброжелательно улыбающийся Петя. Он внимательно посмотрел на бледнеющего Рому (хотя, наверное, бледность в этом разноцветном сумраке разглядеть было непросто), все понял и потащил Рому куда-то под балкон за баром. Дверь, еще дверь...

Наступила тишина.

Рома сначала прислушался, а потом осмотрелся. Ритмы и удары все же были слышны, но словно сквозь звукоизоляцию. А оказались они с Петей в каком-то помещении будуарного вида без окон, но с матовой красной подсветкой вдоль стен. Ощущение будуара придавали застеленная двуспальная кровать с балдахином и пара легкомысленных диванов с пуфиками. Столик с кальяном. Мини-бар. Аквариум с рыбками в углу. А главное – зеркальный потолок.

– М-да, – произнес Рома, глядя на потолок.

– Да уж, – согласился Петя и, с наслаждением кряхтя, устроился на одном из диванов. – Гнездышко!

– Надеюсь, ты не попросишь меня присесть к тебе на коленки? – осведомился Рома. – У меня, знаешь ли, голова сегодня болит...

Петя с удовольствием захохотал, и Рома облегченно засмеялся. Они явно друг другу нравились.

– Главное – тут тихо, – пояснил Петя. – Меня самого от этого бумканья корежит.

– Это да! – Рома прилег на второй диван и прикрыл глаза. – Классная звукоизоляция.

– Причем в обе стороны.

– Не хочу знать, зачем здесь эта комната, – проговорил Рома.

– Сам наверняка догадываешься. – Петя зевнул. – Но это обычно ближе к уикенду.

– И что, Жанна здесь?..

– Да ты что! Она и не знает... – Петя помолчал. – А может, и знает... Эта девчонка много знает, чего не следовало бы. Здесь в основном другой контингент кувыркается.

Рома открыл глаза и посмотрел на свое отражение в потолке. Отражение страдальчески сморщилось.

– Башка трещит, – пожаловался Рома.

– Не любишь дискотеки? – сочувственно спросил Петя.

– Да нет, нормально... День просто утомительный. И аспирин этот долбаный не помогает...

– Аспирин местный?

Рома достал из кармана упаковку аспирина и принялся ее рассматривать.

– Местный, – сделал вывод Рома. – А что, с ним что-то не так? Фальсификат гоните?

Петя ухмыльнулся.

– Да нет, просто так спросил. Дай-ка глянуть...

Пока Петя вертел в руках упаковку, Рома задумчиво смотрел в сторону мини-бара.

– Как думаешь, в мини-баре вода найдется? – спросил Рома. – Или платить надо, как в отеле?

– Да чего уж там, пользуйся.

Рома забрал аспирин у Пети, сделал ходку к мини-бару, растворил себе вторую порцию шипучего лекарства и выпил.

– Надо было все-таки помощнее препарат купить. – Рома, укладываясь обратно на диван, не сдержал отрыжки. – Сначала в аптеке предлагали какой-то продвинутый аспирин, а потом нагло отказали из-за того, что у меня нет какой-то дисконтной карты...

– Да, у нас здесь без дисконтной карты в аптеку почти никто и не ходит, – признался Петя.

– Может, свою одолжишь?

– Не могу, – с искренним сожалением ответил Петя. – Она именная и с фотографией.

– Серьезно! – Рома присвистнул.

Некоторое время они лежали молча.

– Мне Жанна сказала, ты у Андрея Гардези помощником, – проговорил Петя.

– Ага. – Рома аккуратно переложил затылок на диванный пуфик и поглядел через потолочное зеркало на Петю. – А что?

– Да так, ничего. – Петя улыбнулся. – Как я понял, твой шеф вот уже как два года здесь не появлялся, а сейчас прям суета какая-то...

– Что за суета? – насторожился Рома.

– Мне дали команду завтра встречать в областном аэропорту твоего Андрея Гардези. Вместе с тобой и Глебом. – Петя, хрустя суставами, потянулся. – Давно меня сопровождать гостей не отправляли...

– А! – Рома расслабился. – Назар Эдуардович говорил, что хочет выделить кого-то из СБ. Это тебя, значит?

– Выходит, меня. – Петя перевернулся на живот и посмотрел на Рому. – И еще, если сочту нужным, пару-тройку ребят. Тебе это не нравится?

Рома повернул голову и встретился взглядом с Петей.

– Да мы бы и сами обошлись, – ответил Рома деликатно. – Устроить кортеж с кавалькадой дело нехитрое, но мы этого не любим...

– Да? – Петя усмехнулся. – А я думал, в Москве это милое дело! Чтобы с «мигалками» да с «перделками»...

– Милое – не милое, а мы бы лучше по-тихому, – настойчиво сказал Рома.

– Да ладно, не боись! – Петя благодушно покивал. – Поедем втроем на моем джипе, тихо и без пыли.

– Вот это дело говоришь, – удовлетворенно заметил Рома.

– Жанна про твоего Гардези мне все уши прожужжала, – лениво проговорил Петя. – Видела его в последний раз два года назад, а помнит... Впечатлительная девушка! Или твой шеф такое впечатление на всех производит?

– А ты сам-то его тогда не встречал? – поинтересовался Рома.

– Нет, я у Бауманов работаю один год и десять месяцев.

– А раньше где?

– На Северном Кавказе. – Петя снова лег на спину. – Контртеррористическая операция.

– Понятно, – коротко обронил Рома.

– Тебе не довелось?

– Нет, я до банка в ФСО работал.

– В ФСО? – Петя присвистнул. – Типа ФСБ?

– ФСБ – это Федеральная служба безопасности, – возразил Рома.

– А ФСО?

– Федеральная служба опасности, – не удержался Рома.

Петя хохотнул.

– Федеральная служба охраны, – уже серьезно сказал Рома.

– Так ты тоже из «бодигардов»? – оживился Петя, косясь на Рому.

– Ага, был в охране Гардези. А потом за особые заслуги – в личные помощники, – не без самодовольства поведал Рома.

– Глядишь, и я таким же макаром Глебушку нашего подсижу, – засмеялся Петя.

Рома хоть до утра с удовольствием вот так повалялся бы на диванах с веселым Петей Почкиным, но у того заверещал мобильный телефон. Из грохота и шума звонила Жанна и требовала привести к ней Рому, с которым она хочет познакомить своих друзей. Петя надсадно орал ей в трубку, пытаясь выяснить, куда именно им следует направиться, но Жанна, так ничего и не расслышав, отключилась.

– А ты что ее там одну-то оставил? – спохватился Рома.

– Ну, во-первых, бывают ситуации, когда меня прогоняют, – проворчал Петя, подравнивая после себя диванные пуфики. – А во-вторых, там есть кому присмотреть...

Прежде чем они опять окунулись в ритмичную какофонию, Рома взглянул на часы. Было без десяти двенадцать.

Петя снова выступил ледоколом в танцующей массе, и они достаточно быстро выбрались в какие-то подсобные коридоры. Петя пару раз пытался дозвониться до Жанны, но безуспешно, после чего предложил:

– Ром, ты постой здесь, а я пойду поищу ее, ладно?

У Ромы вновь разболелась приутихшая было голова, и он с готовностью согласился. Здесь было, конечно, не так тихо, как в том будуаре, но вполне терпимо.

Петя ушел рыскать по коридорам, а Рома в очередной раз вытащил упаковку аспирина и задумчиво стал вертеть ее в руках, прикидывая, что будет, если разжевать третью таблетку во рту.

Неожиданно он почувствовал, как его схватили за руку. Наученный горьким опытом, он не стал применять никаких приемов, а просто вырвался. И оказался прав. Это была Жанна.

– Ромка! – обиженно сказала она. – Ты меня избегаешь?

– Нет, – твердо сказал Рома. – Мы, собственно, тебя ищем. Ты откуда взялась?

– А вот отсюда! – радостно ответила Жанна и открыла проем прямо в стене.

Рома присмотрелся и понял, что под деревянной настенной панелью была замаскирована дверь.

– Хитро! – одобрил он.

Жанна шагнула в проем и поманила Рому за собой пальцем.

– Надо Петю позвать, – неуверенно предложил Рома, предчувствуя неладное.

Жанна прыснула.

– Зачем нам Петя? – изрекла она, словно цитируя. – Не-ет, Петя нам не нужен...

Жанна шагнула обратно в коридор, буквально вцепилась в Ромино запястье и втащила Рому за собой в стенной проем. Там оказалась тесная подсобная комнатенка, еле освещаемая тусклой лампочкой. Жанна захлопнула дверцу.

– Жанна, ты чего? – беспомощно пробормотал Рома.

– Чего-чего, – горячо зашептала она, пробегая пальцами по его лицу и дальше вниз. – Дурачок ты, что ли? Клевый же парень, сразу видно...

Только теперь, стоя с Жанной лицом к лицу, Рома понял, что она здорово пьяна.

– Жанна, прекрати! – шепотом рявкнул он.

– Ха, ты прям как мой отец! – фыркнула Жанна. – Хочешь в папочку поиграть, да? Ну давай, давай... Мне-то что! Все лучше, чем тоска эта энская...

Рома с ужасом ощутил, какие у шестнадцатилетней Жанны умелые руки.

– Жанна! – безнадежно простонал он.

– Дурацкое имя, правда? – шептала Жанна, жарко дыша ему в лицо спиртовой сладостью. – Жанна Назаровна – вот бред, правда? Тебе же нравится, я вижу... Хочешь, чтобы я перестала? Ведь не хочешь же... Или хочешь меня по-настоящему? Хочешь трахнуть меня по-настоящему, а? Пожалуйста! Сколько хочешь! Я многое могу, если надо... Ты только знаешь что? Ты мне завтра устрой встречу с Андреем, ладно? На несколько минуточек... Мне этого хватит... Понимаешь? С Андреем...

Когда Жанна назвала имя Андрея, у Ромы словно что-то щелкнуло в голове. Он с глухим рычаньем оттолкнул от себя Жанну, и она ударилась спиной о стену, обвалив позади себя какие-то чуланные принадлежности.

– Ты чего? – вскрикнула Жанна.

– Ты пьяна, – процедил Рома, застегиваясь.

– Ах ты, сука! – вдруг ощерилась Жанна. – Холуй столичный!

– Вот-вот, – подтвердил Рома, нащупывая за спиной дверной замок. – Не пристало дочке банкира тискаться с холуями...

Жанна вскочила, размахнулась, чтобы ударить Рому раскрытой ладонью по лицу, но тот без особого труда перехватил ее руку.

– А вот бить меня не надо, – сказал он. – Этого я не люблю.

Жанна неожиданно грузно осела на пол и затихла. Полминуты они не шевелились. Рома стоял, держась одной рукой за ручку двери, а другой – за запястье Жанны. Жанна сидела у его ног, опустив голову.

– Это что? – совершенно спокойным голосом спросила она, подняв над опущенной головой свободную руку. В ней Рома разглядел свою упаковку аспирина.

– Это аспирин, – осторожно ответил Рома, отпуская, наконец, ее руку из своей.

– Помогает?

– Да не особо.

Жанна повозилась внизу, и у нее в руках появилась крошечная дамская сумочка. Из нее она достала и подала Роме красную упаковку из фольги. Рома узнал в ней нейроаспирин, который не достался ему сегодня в аптеке.

– Спасибо, – сказал Рома с чувством.

– Пошел ты в задницу! – со злостью бросила Жанна, на четвереньках пробралась мимо Ромы к двери и буквально вывалилась в коридор.

Затем Рома услышал ее быстро и уверенно удаляющиеся шаги.

– Петя! – послышался ее голос. – Где ты там? Домой пора!

Рома глубоко вздохнул, вскрыл упаковку нейроаспирина, запихнул в рот сразу две таблетки и принялся с хрустом жевать, морщась и постанывая. Он опустил голову, чтобы выбраться в коридор через низковатый для него дверной проем, и заметил, что под ногами у него что-то блеснуло. Наклонившись, он подобрал заламинированную карточку, на которой имели место: витиеватая надпись «Энская аптечная сеть, дисконтная карта», фотография Жанны Бауман, ее фамилия, имя и отчество, дата рождения, круглый штамп с жирной цифрой «2» и невнятная печать.

– Неаккуратненько вышло, – с досадой пробормотал Рома.

Его наручные часы дважды пискнули. Наступила полночь.

Через секунду он потерял сознание и рухнул спиной назад прямо на пол, обрушив какие-то полки со стены, чем окончательно довершил невольный разгром неказистого подсобного помещения.

27 комментариев:

  1. А продолжение будет?

    ОтветитьУдалить
  2. Хотел бы я сам это знать наверняка...

    ОтветитьУдалить
  3. Бекасов знает, просто кокетничает

    ОтветитьУдалить
  4. А где это так выражаются барышни: холуй... :)
    Что то не приходилось слышать

    ОтветитьУдалить
  5. Бекасова хлебом не корми, а дай поговорить о женщине - соловьем будет заливаться.
    Гардези на него уже зубы точит - пора бы его женить, а Бекасов никак не уймется клеить к нему девиц,вот и малолетки пошли.

    ОтветитьУдалить
  6. "А где это так выражаются барышни: холуй... :)" - а вы полагаете, они выражаются более кратким и энергичным словом??? )))

    ОтветитьУдалить
  7. Не разрушайте образа Прекрасных дам

    ОтветитьУдалить
  8. В нашем городе тоже есть аптеки, в которых для того, чтобы получить дисконтную карту надо сообщить ФИО и дату рождения. Некоторые магазины объясняют необходимость этой информации желанием сделать двойную скидку в подарок в праздничный день. Но аптеки тут причем? Я не понимаю. Какой нормальный человек пожелает идти в аптеку в свой день рождения? Для людей очень трепетно относящихся к основному закону подобная процедура оформления дисконтных карт неприятна, и им проще отказаться от скидки. Однако некоторые прагматики пишут «Иванов Иван Иванович», а дата рождения – 01.01.1900 (на всякий случай: вдруг бонусы будут раздаваться пропорционально возрасту). Еще большие прагматики тщательно просчитывают свои доходы и расходы и в разных магазинах указывают разные даты рождения: так, 5-го числа они покупают продукты в супермаркете N, в супермаркет M они заходят исключительно 10-го, одежду покупают 15, а бытовую химию 20-го. Это самый простой вариант, а как же живут суперпрагматики? Чтобы ничего не перепутать им, наверное, приходится записывать. Но маркетологи не дремлют. Чтобы хитрые покупатели не обманывали, в некоторых магазинах продавцы не стесняются спрашивать паспорт. Один мой знакомый столкнулся с такой ситуацией. Как он потом ругался.

    ОтветитьУдалить
  9. Бедный Рома. А все началось с какой-то дисконтной карты.

    ОтветитьУдалить
  10. Я бы предложила не боятся отделять личность каждого героя от личности (или ее части) автора или главного героя. А то Рома немного невыразительным получается - думает местами как Гардези.
    Другие внутренние монологи :-)

    ОтветитьУдалить
  11. Согласен с Еленой. Чуствуется неопытность автора в серьезных драматических текстах. Давайте признаем, что служебный банковский юмор - потолок для Бекасова. Потому и не пишет, по сути тут в блоге он сам признал, что ему на писателя еще предстоит учиться

    ОтветитьУдалить
  12. Это где тут серьезные драматические тексты? В подсобке с Жанной? Или я что-то упустил?
    *Размышления вслух*
    "Не умеешь писать - иди в критики..."

    ОтветитьУдалить
  13. Если Елене больше внутренних монологов, то мне лучше описание , подробное, воздействие лекарства с алкоголем, то есть симптомы, ощущения.
    Любопытно же, когда читаешь что чувствует умирающий человек.

    Берите пример у Льва Толстого - он без зазрения совести наведывался к художнику Сурикову, чтобы поглазеть на умирающую жену Сурикова, все для литературы. Думаю, также бессовестно он мог спрашивать ее об ощущениях. В конце концов Суриков его выгнал.

    ОтветитьУдалить
  14. Бекасов очень даже в своем стиле. Надо просто начитать нужный объем.

    ОтветитьУдалить
  15. И почему Рома одел черную рубашку?

    ОтветитьУдалить
  16. В подсобке с Жанной? Или я что-то упустил? --
    Cтранник, что-то Вас все время не туда несет.
    Разве не плохое самоучувствие является драмой?

    ОтветитьУдалить
  17. Анонимный1 мая 2010 г., 12:10:00

    Бекасов похож на страуса - спасаясь всегда прячет голову в песок

    ОтветитьУдалить
  18. Анонимный4 мая 2010 г., 13:45:00

    Опять чувствуется, что какие-то анонимы имеют что-то личное против Бекасова )))

    ОтветитьУдалить
  19. Анонимный4 мая 2010 г., 18:47:00

    Ничего личного, все как у мышей, которые все время пытаются насолить Леопольду.

    ОтветитьУдалить
  20. Анонимный4 мая 2010 г., 19:17:00

    Люди,как только можно подумать, что кто-то имеет что-то против Бекасова? Он же здесь самый главный и самый талантливый.

    ОтветитьУдалить
  21. Анонимный5 мая 2010 г., 8:12:00

    Ага, самый классный чувак!

    ОтветитьУдалить
  22. Анонимный5 мая 2010 г., 9:38:00

    Нужно оправдывать определение "столичный":бекас, лев кролик, жираф, можно и страусом побыть...

    ОтветитьУдалить
  23. Анонимный14 мая 2010 г., 7:03:00

    А дальше? Когда возвращать будете Гардези с Туманного Альбиона?

    ОтветитьУдалить
  24. Про Жанну только не забудьте.

    ОтветитьУдалить
  25. Мне не понравилось как Бекасов написал про Жанну. Мог бы красочно, "живописно" написать, но кажется, он плохо знает женскую натуру. Я бы сказала, что Жанна скорее выглядит как парень в юбке. Здесь ему не помешала бы женская консультация, понаблюдать за женщинами.

    ОтветитьУдалить
  26. Можно ли рассчитывать на продолжение? Боюсь показаться банальным, но повествование оборвали на самом интересном месте =\

    ОтветитьУдалить
  27. Лучше не стоит, концовка была совсем уж негодной :) - Жанна, подсобка, умирающий Рома.
    Пусть Гардези и дальше себе пребывает в Лондоне.

    ОтветитьУдалить

Приносим извинения за то, что некоторые комментарии (как правило, от анонимных читателей) будут опубликованы не сразу, а после проверки администратором. Спасибо.